FineWords.ru Цитаты Афоризмы Высказывания Фразы Статусы Поздравления Стихи

Татьяна Ровицкая - Цитаты и афоризмы, фразы и высказывания


Когда заметает дороги листвой

Когда заметает дороги листвой,
И звездную пыль крутит ночь, как в пургу,
Я думаю, все, что случилось со мной,
Я вряд ли кому-то поведать смогу.
Я думаю, ветры свое отшумят,
Кострами развеют былую листву,
Я думаю, боль не вернется назад,
Покуда я в лодочке утлой плыву,
Покуда я веслами славно гребу,
Попробуй, разрушь сердца тихую песнь,
Убить меня хочешь?
А я не умру,
А также все буду
Все там же, где есть…

Они привыкли говорить

Они привыкли говорить,
А мы к молчанию привыкли.
И домолчались, и поникли,
И тихо выть
по-волчьи стали
В волчьей стае.

Когда в тревогах день пройдет

Когда в тревогах день пройдет,
И ничего в нем не случится,
Душа, испуганная птица,
Уныло сядет на заплот

И оглядит, что есть вокруг,
Чему нельзя перемениться —
Подсолнух завершает круг,
Плетень от старости кренится,

За перелеском сена стог —
Угрюмый мамонт в час закатный,
Бредет, задумчив и высок,
Во всем как будто виноватый…

Ах, эта красная в небе луна

Ах, эта красная в небе луна!
Тучкой прикроется,
А у порога
Станет старушка, темна и убога —
Днем она — дерево, ветка, ветла…
Днем она — песенна, листья прозрачны,
В зелень свою вперемешку, вразбой
Ветры вплетая, все шепчет, как плачет.
Ночью невзрачная,
— Боже ты мой!
Выйдет на тропочку,
глянет особо,
Бросит клубочек, кивнет:
«Ну, иди!»
Мне бы подальше от странной особы,
Да интересно…
— Клубочек, веди!
Шорохи, ветра скупая подсказка,
Нить — паутинкою,
а на руке
Спит светлячок…
Начинается сказка —
Старая сказка о белом бычке.

Сирень

Сирень опять стучит в стекло
Нарядной пьяной веткой,
И приглашает на тепло,
И приглашает в лето.
И я спешу. Летят из рук
Кастрюли, поварешки,
Молчит из зеркала испуг,
Летят, звенят застежки.
Я в спешке не нашла свой ключ,
В квартире незакрытой
Хозяйничает солнца луч,
И до сих пор там спит он.
В дыму сиреневом пустом,
В унылом настроении
Я возвращусь в свой верный дом,
Я обхвачу колени…

Луч по стене скользнет легко,
Прошелестит в газетах,
Зевая, спросит:
— Где тепло? Куда девалось лето?
Я не отвечу на вопрос.
— Что б не было, отныне
Ты, луч, до лета не дорос!
Ты слабый, скучный, синий!

Ведь если был бы ты сильней,
Решительнее, строже,
Давно бы высохла сирень,
Что так меня тревожит!

Я обойму тебя тревогой

Я обойму тебя тревогой.
Ты не уедешь далеко!
Я поперек тебе — дорогой!
Наперекор тебе — рекой!

Там, за спиной, сгустились тучи,
А впереди — твой путь летит.
Остановись! Себя не мучай
На бесполезные пути.

Не просто так — гремлю над полем,
Сверкаю изо всей тоски —
Остановись! Уже от боли
Седеют ранние виски!

Уже заря срывает маски
С лесных огней и городских,
И никакие больше сказки
Не изведут твоей тоски —

Ведь все равно с моей тревогой
Ты не уедешь далеко:
Я поперек тебе — дорогой,
Наперекор тебе — рекой!

Картинка с бабочкой

Фаянсовый чайник,
Разбитый нечаянно,
Осколки рябины
И глаз петушиный.
С дымком и туманом
По самому краю,
Кривым ободком
Золотясь и играя.
И запах крапивы,
И запах паслена,
Фаянсовой сливы
Листочек зеленый.

И бабочка сбоку
Присела, качнулась..
Крыло с поволокой
По ветру загнулось.

Всем пришлось по вкусу солнце

Всем пришлось по вкусу солнце —
Отломив большой кусок,
Утро вызвало в оконце
Петушиный голосок.
Он запел совсем не громко,
Оробевший от зари.
Прояснилась ярче кромка
Дальней выжженной горы.

Улетали утром утки,
Выгоняли утром скот,
У дороги незабудки
Собирал с утра пилот.

У тебя день рождения

У тебя день рождения —
Телеграммы не жди!
Мне в упрямстве спасение —
Эти злые дожди.

Сяду, в теплое кутаясь,
На портрет погляжу,
Заболею, запутаюсь,
Накажу — отложу!

Замечтаюсь, зарадуюсь,
Наревусь у окна…

Дождь окончится — радугой.
Станет миром — война.

В ясный день, день рождения
Я прошу — не грусти!
Сгинут все наваждения,
И поверь и прости!

Как будто в узком коридоре сна

Как будто в узком коридоре сна,
Столкнулись мы…
Несвязны были речи.
То лето распахнуло настежь вечер,
То зимний день и снега белизна.
То тает все, то птицы улетают…
То грач, то лист, то радуги павлин…
Но пробужденье где-то нарастает —
Глаза откроешь — в комнате один.
Придешь к окну…
Несвязны были речи.
Откроешь дверь…
То лето, то весна…
Пойдут дела кружить, сутулить плечи.
Как будто в узком коридоре сна.

Гребень

Что ж так зябко и неловко?
Иль в глазах твоих — пустое?
Проводил на остановку…

Зарастает путь травою.
Завтра встанешь и за мною
Соберешься, как бывало…

Завертись, трава у ног!
Лопухи, чертополох!
Сквозь бурьян, ползущий тучей,
Не пойдешь ведь?
— Что за случай! —
Скажешь, вытрешь пот со лба:
Повилика у столба
Вьется, свесила цветки,
Между рельсов — васильки,
Где вчера еще бродили,
Вырос лес непроходимый!
Ни полянки, ни просвета,
Ни ответа, ни привета…

Видно я вчера грустила,
Даже руки опустила.
Лишь на миг, разжав ладони,
Оградилась от погони,
По ступенечкам сходила,
Частый гребень обронила…

Проем в окне

Проем в окне не для дождя,
Проем в окне не для стихий,
Через него, через меня
Проходят в дом стихи.

Я долго думала о нем —
Пыталась застеклить,
Но прозорливец — управдом
Не дал порвать ту нить.

На кухне холод, стонет дверь,
Проем в окне сквозной,
Пришелец из других земель
Влетает лист резной.

Я столько лет в проем гляжу
И знаю наперед:
Свинцовость мрачная — к дождю.
А вот и дождь идет!

И капли рваные летят,
Дождь переходит в снег.
Наш управдом, хоть грубоват,
Хороший человек!

Осень в городе

Зябко листьям.
Земле, домам
Зябко…
Ветер свищет и проводам
Зябко…

И троллейбус бежит к домам
Согреваться.
С теплой комнатой жалко нам
Расставаться.

Перламутровый голубь
Ждет неба.
Ждет, что серое все уйдет
В небыль.

Я иду по зеркальной улице,
Как в бреду, все вокруг хмурится.
И, озябшая, жду неба,
Жду, что серое все уйдет
В небыль.

Мой любимый мне шлет

Мой любимый мне шлет
За отказом отказ…
Я уж больше не жду —
Он все шлет…
И болотная зелень идет мимо глаз
И зеленою речкой течет.

Уж я выйду к той речке
В зеленой тоске,
Я омою колени в дремотной реке,
А потом уж и скорбные руки,
Что совсем истомились в разлуке.

Уж ты, речка, река,
Зеленая тоска,
Убери с меня скорби-вьюны,
Пусть их сгинут, уйдут,
Мою радость верну,
Снова буду светла и легка.

Ты открой свою душу, огонь

Ты открой свою душу, огонь,
Пусть споет о ней что-нибудь печь.
А моей, затаенной, не тронь,
Не тревожь, не о ней ведь и речь!

Хорошо, когда искры летят
Шапкой в ночь, хорошо, хорошо…
Так вот думать и думать… хотя
Третий год от разлуки вошел.

Подложу-ка дровишек еще,
Что ему до меня? Ничего…
Вот и пятый со встречи пошел.
Ну и что же? И что же с того?

Встану. Дверцу прикрою плотней.
-Ты бы спела мне что-нибудь, печь!
Чтоб уж вовсе не думать о ней,
О любви. Не о ней ведь и речь!

Баллада о собаке

В малом пространстве двора
поселилась собака —
Темная серая шерсть, золотые глаза,
Хвостик поджат, поднаторела в погонях и драках,
Стала меж нами, как гвоздь…
не любовь, а слеза.

Темные рыски ее, стылый камешек хлеба —
Вовсе ни что по сравненью с заботой иной:
Под золотым, восходящим к июльскому небом
Тварь ощенилася целой собачьей семьей.

Пятеро псов озаботили всех проходящих.
Мчались хозяйки с едой,
чтоб щенят накормить,
В стужу осеннюю стайкой скуляще-визжащей
Жались друг к другу, а мать и не знала, как быть.

Грозная музыка. Реп и ковбойская пляска.
Стыд не удвоит и совесть навек не заест.
В темном пространстве двора поселилась опаска —
Стая росла, напряженно вживаясь… Окрест

Лая чурался, а пьянь, та ругалась все матом,
Кто-то не спал и бранился из окон…
Скуля
Весело жизнь прожигала смешная собака,
Так ни с чего, богатея любовью — с нуля!

В стае была собачонка — девчонка, малышка.
Милая крошка, сученка — сказать не решусь.
В Древнем Египте была б очень важная шишка —
В первом помете — и самка, уж я вам скажу!

Ей бы жрецы приносили еду на подносе…
Так и вела себя, словно ждала, что потом
В пустоголовье людском, да и в пустоголосье
Весть — «Усыпили!»
Рванет по сердцам кипятком.





Сохранить ссылку на эту страничку: